Сегодня: г.

По нашим российским технологиям!

По нашим российским технологиям!

Речь пойдет о том, о чем я много пишу в последнее время, о совке за границей.

Советский человек, как известно отличается многими чертами, но две из них прямо-таки бросаются в глаза — это, во-первых, нежелание учить иностранные языки и соответственно их незнание, а во-вторых, перманентная ностальгия по былому.

Эксплуатация этих двух черт уже давно превратилась на Западе в обширный пласт бизнеса. Не знающий ни английского ни местного языка совок чувствует себя беспомощным во враждебном мире Запада, а потому с радостью бросается в объятия любого, кто готов помочь ему на русском языке. Многочисленные русскоговорящие помощники-решалы, русские магазины, русские агенства… Все это, братцы мои, делается не для вашего удобства, а для того, чтобы изолировав вас при помощи языкового барьера обвести вокруг пальца и развести на бабло и имущество.

Опытный турист знает уже, что русское меню в ресторане — не к добру, будет однозначно дорого, и, скорее всего, не вкусно. Отель, в котором весь персонал говорит по-русски при той же звездности будет в разы хуже соседнего, где на весь отель — единственная полька на рецепшене с грехом пополам говорит по-русски. А приветливая девушка, говорящая на чистейшем русском за столиком агентства недвижимости — это верный признак того, что недвижимость достанется вам на 30% выше рынка и документы не будут в порядке.

То же самое и с «тоской по былому». Пока в природе есть люди, готовые покупать смесь чайной пыли и веток в «пачке со слоном» в пять раз дороже дарджилинга первого сбора, то будет большим грехом не воспользоваться этой возможностью и не заказать в ближайшей типографии печать этикеток со слониками.

К чему это я рассказываю. Вот сейчас на фейсбуке замелькали многочисленные посты-анонсы кипрской фирмы «Мирадар» (именно так, русскими буквами), которая поставляет для русских на Кипре знакомую тем с детства советскую молочную продукцию.

Да и пусть поставляла бы, я не против. Но на всякий случай в порядке профилактики расскажу-ка я вам братцы свою историю взаимодействия с этой фирмочкой.

Меня туда затащил приятель. Он планировал замутить с ними какие-то совместные дела и хотел бы получить моё мнение о том, стоит вляпываться в это дело или нет.

Если вы не в курсе, у меня есть чудесная способность заранее видеть все будущие подвохи и засады. И если по рынку гуляет полно экспертов, которые всегда точно знают, что и как надо делать, чтобы гарантировано достичь успеха, то я образчик противоположного рода, я всегда точно знаю, чего не надо делать, чтобы не вляпаться, вот и помогаю порой не вляпаться друзьям.

И вот приходим мы с приятелем на фирму. Приходим честно, открыто, никаких «тайных контрольных закупок». А нас уже ждут, чтобы ответить на мои вопросы, ихнее начальство предупредило. Приятель представляет меня, как своего партнера, приехавшего из другого города.

Я прошу рассказать о бизнес-модели, и за счет чего фирма «Мирадар» планирует выживать и зарабатывать на кипрском рынке, который буквально под завязку забит свежайшей и качественнейшей молочной продукцией от кучи локальных фирм и ферм.

И тут русскоговорящая дама, которую мне представили как «нашего главного технолога» начинает вешать мне густую лапшу на уши. Беспардонно и беззастенчиво, с аргументами такого плана, как будто перед ней не взрослый мужчина с высшим образованием, а безграмотная российская пенсионерка.

— А вы знаете, — вещает мне дама технолог, — что в местное молоко добавляют антибиотики, вот оставьте бутылку не в холодильнике, и оно не будет прокисать. А наше молоко без антибиотиков, и потому сразу прокиснет!

Я пытаюсь вклиниться в этот словесный поток и дать понять, что с самыми основами технологий я все же знаком (изучал когда-то сыроделие у французов). Что процесс ультрапастеризации для того и изобрели, чтобы гарантировано убивать в молоке все бактерии и при этом не портить его вкуса и полезных свойств. Именно поэтому местное молоко по вкусу не отличается от того, что прямо из-под коровы, и при этом не прокисает.

Дама технолог не дает вклиниться. Местное молоко — не натуральное, а наше — самое что ни на есть натуральное — сделанное, по нашим, по российским технологиям — гордо заявляет она.

Я, наверное, мог бы ей сказать, что будь «ваше молоко» натуральным, вы бы не писали бы на упаковке фиксированный процент жирности, поскольку не одна корова не дает молока с 3,5% жира. Что «натуральность» молока, подразумевает, выпуск его в продажу «как есть» без термообработки, а этого местные законы не разрешают. Что «российские технологии» это безнадежно устаревшая «пастеризация», придуманная еще Луи Пастером аж в 19 веке. Которая, увы, портит вкус молока и переводит кальций в нерастворимую форму, а споры бактерий не убивает. Вот потому и «прокисает, если оставить».

Но я не говорю ничего этого, так как уже понял, что пока дама не отбарабанит целиком всю свою агитку для бабушек-пенсионерок, вставить хоть слово у меня не получится. Завершает речь дама громким заявлением о том, что Киприоты не умеют делать творог, а вот мы фирма Мирадар — мы умеем!

Ну что ей сказать? Что киприоты тоже умеют делать творог? Но в магазинах его нет по другой причине, — никто покупать не будет. Потому что рынок забит местным аналогом — пресным сыром анари, разновидностью рикоты. Который по сути — тот же творог, но гораздо нежнее, стабильнее по качеству, и главное — фантастически дешев, поскольку делается из дармовой сыворотки, оставшейся от производства другого сыра — халуми. И для кулинарии подходит куда как больше: сделав хоть раз творожную запеканку из анари, к творогу уже никто не вернется.

Поэтому все поняв, я уже не возражаю, и лишь в самом конце высказываю вежливое сомнение относительно того, не будет ли молоко сделанное по «нашим российским технологиям» иметь тот же сомнительный вкус, что и молоко из российских магазинов.

— Нет, — твердо возражает дама, — у нас натуральное молоко, давайте мы вам дадим образцы, попробуйте!

Правда тут же выясняется, что под словом «дадим» она подразумевает «продадим», но боже мой, это уже такие мелочи.

Я прошу продать мне в качестве «образцов» молоко, творог и бутылку кефира, вспомнив, что теща просила купить кефир, а в супермаркет, где я обычно его покупаю, я уже не заскочу. И прошу завернуть все в несколько пакетов, чтобы не успело нагреться в салоне авто, мне ведь ехать в другой город.

О боже, зачем я это сказал!

Итог:

Молоко оказалось тем самым «советским» пастеризованным молоком с тем самым характерным советским ностальгическим привкусом. Творог оказался обычным творогом, ничем не отличающимся от творога из пачки, купленной где-нибудь в Пятерочке.

А кефир… кефир оказался…

— Чего-то я не могу разобрать дату, — сказала мне теща с перекошенной физиономией, — по-моему он не то, что просрочен, он просто испортился.

Я посмотрел на дату. Дата была аккуратно затерта. Не «стерлась», а именно «затерта», соскрябана с пластика упаковки.

И зачем я сказал, что везу в другой город! У продавщицы видимо просто автоматически сработал рефлекс — раз в другой город, то уж точно возвращаться не будет, чтобы предъявить претензии из-за бутылки кефира.

Тот факт, что в роли терпилы на этот раз оказался человек от которого зависела важная для ее фирмы сделка, ей, видимо просто не пришел в голову.

Так, что, друзья мои, если вы решили обосноваться за границей, учите языки. И обходите стороной всякие бизнесы, специально ориентированные на русских клиентов и всякие русские сообщества и землячества. Зачем вам лезть на новом месте во все то, от чего вы только что сбежали.

© 2018, worldnews.su новости, новости мира, последние новости, новости сегодня. Все права защищены.

 
Статья прочитана 8 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля